Клинический пример истерической депрессии. Рассмотрение пациентки с истерической депрессией

Больная Р., 33 лет. Предъявлено обвинение в злоупотреблении служебным положением.
Из анамнеза. Наследственность психопатологически не отягощена. Развивалась правильно. С детства отмечались капризность, упрямство, эгоистичность. Успешно окончила 7 классов общеобразовательной школы. С 18 лет начала трудовую деятельность, в последнее время работает управдомом. Замужем с 19 лет, имеет 3 детей; последние 4 года периодически лечилась у гинеколога. Семейная жизнь сложилась неудачно. С мужем живет недружно, часто ссорится с ним по пустякам. В состоянии раздражения кричит, проявляет агрессивность к мужу и детям.

В возрасте 29 лет в автомобильной катастрофе получила травму головы с потерей сознания; по этому поводу 2 мес лечилась в больнице. После травмы изменился характер: стала плаксивой, еще более раздражительной, несдержанной, вспыльчивой, неуживчивой и скандальной в семье. Во время ссор била посуду, рвала на себе и муже белье, дралась с родными. Неоднократно обращалась к районному невропатологу по поводу головной боли и повышенной раздражительности. На работе уставала, однако со своими обязанностями в основном справлялась. Состояние улучшалось после отдыха.

Вскоре после возбуждения уголовного дела снизилось настроение, стала задумчивой, малообщительной, вялой, часто плакала, иногда заливалась неестественным смехом. Стала особенно нетерпима в семье, на малейшие замечания родных реагировала эксплозивными вспышками, требовала оставить ее в покое. Плохо спала. Перестала справляться с домашней работой. Помещена в неврологическое отделение городской больницы с жалобами на головную боль, головокружения, слабость, раздражительность, тоску, мнительность, бессонницу. В период лечения (в течение месяца) была подавлена, тревожна, плаксива, «истерична». С диагнозом травматической церебропатии, вегетативно-невротического синдрома с истерическими наслоениями была направлена на ВТЭК в психиатрическую больницу.

При поступлении в отделение была подавлена, тосклива. В течение нескольких дней почти не покидала постели. Лежала, отвернувшись к стене с закрытыми глазами. При обращении к ней вздрагивала, испуганно озиралась, таращила глаза. В кабинет врача шла шатаясь, как бы беспомощно путаясь в халате, растопырив руки и широко расставляя ноги. Жесты, мимика, интонация голоса были неестественны и демонстративны. Выражение лица в процессе беседы быстро менялось, становилось то растерянным, недоумевающим, то плаксивым или восторженным. Общий фон настроения был снижен, лабилен, непосредственно зависел от темы разговора. При затрагивании обстоятельств правонарушения начинала рыдать, по-детски всхлипывая. В отделении быстро успокаивалась, охотно принимала утешения, упрекала врачей в нечуткости.

В дальнейшем стала более спокойной. В беседах с больными и персоналом жаловалась на плохую сообразительность, быструю утомляемость. Во время обходов иногда сообщала, что ей слышатся голоса, зовущие ее на суд, что она видит «тени» умерших родственников, документы, предъявленные ей в качестве обвинения. Была повышенно раздражительна, капризна. Демонстративно угрожала покончить с собой. Тараща глаза заявляла, что будто ее врач — это следователь, который на нее наговаривает.

реактивные психозы

Предварительный диагноз: остаточные явления травматической энцефалопатии, реактивное состояние по истерическому типу. Переведена в судебно-психиатрический стационар, где при обследовании выявлено следующее.
Соматический статус: внутренние органы без патологии.

Неврологическое состояние: недостаточность конвергенции глазных яблок, нерезко выраженное сходящееся косоглазие.
Рентгенограмма черепа: некоторое усиление рельефа пальцевых вдавлений.

Психическое состояние. В первое время растеряна, тревожна, подавлена, несколько ажитирована, жалуется на головную боль, нарушенный сон, со слезами заявляет, что жизнь ее погублена. Винит в этом окружающих и близких. Демонстративно говорит, что убьет мужа и судью, а затем «поедет на Колыму». В беседе таращит глаза, сведения о себе сообщает пуэрильным голосом, слезлива, неожиданно переходит от плача к смеху. Требовательна и обидчива.

Постепенно указанное состояние сгладилось. Охотно вступает в контакт, обнаруживает правильную ориентировку, критическое отношение к ситуации. До конца пребывания на экспертизе отмечались явления эмоциональной лабильности, повышенная утомляемость, некоторая депримированность, астеничность.

Заключение: обнаруживает явления психической неустойчивости со склонностью к истерическим реакциям в связи с перенесенной в прошлом травмой головы. Вменяема. Перенесла истерическое реактивное состояние.

В данном случае психогенное заболевание возникло у больной с истероформным вариантом психопатоподобных посттравматических состояний. Его развитие непосредственно связано с перенесенной черепно-мозговой травмой, после которой у больной не только заострилась преморбидно свойственная ей неуравновешенность, но и возникла выраженная склонность к грубо истерическим формам поведения.

реактивные психозы

Травматический генез наступившей деформации характера подтверждает типичное сочетание эмоционально-волевой лабильности, вспыльчивости, капризности и повышенной истощаемости. Об этом также свидетельствуют данные неврологического и рентгенологического исследований.

До возбуждения уголовного дела психическое состояние носило субкомпенсированный характер, непосредственно зависело от уровня бытовых нагрузок, улучшаясь при их снижении. Психотравмирующая ситуация, связанная с привлечением больной к уголовной ответственности, быстро вызвала декомпенсацию посттравматических расстройств, вследствие чего резко усилились раздражительность, требовательность, эгоцентризм, вялоастенические нарушения.

Возникшая на этом фоне психогенная депрессия рано окрасилась истерическими проявлениями и весьма долго сохранялась в невротических рамках, сочетаясь с характерной тревожностью.

При переводе в экспертное (ВТЭК) учреждение произошел переход на психотический уровень, на котором истерическая природа страдания выступила наиболее отчетливо. Аффект тоски неглубок, не сопровождается значительным моторным торможением и не соответствует своему утрированному, демонстративному пантомимическому выражению. На отдаленных этапах течения среди фоновых расстройств отчетливо проявляются признаки ситуационной ажитации.

При сопоставлении клинических данных указанной больной с аналогичными данными у пациентов контрольной группы клиническая картина нашей больной отличается большой грубостью, карикатурностью и вместе с тем стереотипностью симптоматики. При переводе из одного экспертного учреждения в другое (со ВТЭК на СПЭК) поведение ее по существу остается однообразным и отражает лежащие в его основе механизмы истерической фиксации.

Привлекает внимание лабильность аффективно-суженного сознания больной, легкость развития явлений растерянности, что, несомненно, связано с органической почвой. Влиянием последней объясняется также частота и легкость возникновения на депрессивном фоне истеро-эксплозивных вспышек, агрессивно-раздражительная окраска основного аффекта с тенденцией к обвинению окружающих.

Роль травматического фона сказывается и в «выборе» самих истерических расстройств, в частности явлений истерической астазии — абазии. В период экспертизы они сменяют субъективные жалобы на головокружения, которые были ярко представлены в структуре препсихотической декомпенсации травматической патологии на невротическом этапе депрессии. В данном случае психопатологические проявления травматического генеза как бы послужили моделью для развития истерической симптоматики.

Заболевание в целом носит поверхностный характер, сохраняя на всех этапах развития отчетливую связь с психотравмирующим поводом и очерченность ведущей синдромальной структуры.

Благоприятное прогностическое значение этого признака подтверждают легкость выхода из психотической реакции и отсутствие изменений преморбидной травматической структуры, несмотря на отчетливые признаки ее постреактивной декомпенсации.

- Вернуться в оглавление раздела "Психология."

Оглавление темы "Формы реактивных психозов":
1. Соматические причины реактивных психозов. Параноидные причины реактивных психозов
2. Динамика травматической болезни. Генетические причины реактивных психозов
3. Семейные реактивные психозы. Предрасположенность к психозу
4. Психотическая отягощенность. Генетическая гетерогенность реактивных психозов
5. Взаимодействие наследственности и травмы. Ключевые причины реактивных психозов
6. Истерические реактивные психозы. Клиника истерических психозов
7. Истерическая депрессия. Клиника истерической депрессии
8. Формы истерической депрессии. Проявления истерической депрессии
9. Посттравматическая истерическая депрессия. Продолжительность истерической депрессии
10. Клинический пример истерической депрессии. Рассмотрение пациентки с истерической депрессией

Ждем ваших вопросов и рекомендаций: