Венозная система головного мозга. Морфология вен шеи и головы

К числу особенностей строения и организации венозной системы головного мозга в первую очередь следует отнести значительно большую емкость по сравнению с артериальной, выраженность анастомотических коммуникаций, позволяющих крови оттекать в направлении как глубоких, так и поверхностных коллекторов, многообразие строения стенок венозных сосудов различного калибра, богатую их иннервацию и, наконец, наличие многочисленных путей оттока крови из черепа (Лесницкая и др.). К их числу также относится наличие богатого рецепторного аппарата в стенках венозных синусов мозга, особенно пещеристого, функционирование которых предохраняет мозг от переполнения сосудов кровью, в частности при появлении признаков слабого застоя крови в системе яремных вен. Синусы твердой мозговой оболочки сообщаются с внутрикостными венами и венами мягких тканой головы с помощью вен-эмиссариев (отводных вен), которые, особенно при возникновении венозной гипертензии, служат дополнительными путями оттока венозной крови из полости черепа.

Вены-эмиссарии отводят кровь не только от синусов, но и от парасинусов, боковых лакун и оболочечпых вен. Одна из разновидностей вен-эмиссариев — базальные вены — выпускники связывают основапия черепа с экстракраниальными сплетениями.
Все перечисленные особенности могут рассматриваться как приспособительные механизмы в обеспечении нормального кровоснабжения мозга.

Морфологические исследования показали, что в стенках пиальных и внутримозговых вон полностью отсутствуют гладкомышечные клетки, а этот факт указывает на невозможность их активных реакций (Мчедлишвили). Однако вопрос относительно возможности таких реакций со стороны крупных вен мозга требует дальнейшего исследования, так как существуют экспериментальные данные, подтверждающие, что они должны играть определенную роль в регулировании адекватного кровообращения в головном мозгу.

Возвращаясь к оценке с изложенных позиций результатов, получен ных в полете, отметим, что у одного из космонавтов на протяжении всего периода пребывания в невесомости отток крови по внутренним яремным венам (объемная минутная скорость кровотока) практически не изменялся. С учетом того что на 105-е сутки пребывания в невесомости MOCK по ОСА у него также существенно не изменялась (умеренно снималась), что свидетельствует о хорошо сбалансированном гемоциркуляторном: соотношении «приток—отток» в этот период полета. Однако возрастание на 188-е сутки артериального притока (на 11—54%) на фоне неизменного оттока крови по ВЯВ говорит об изменении указанного баланса в пользу возросшего притока крови. По-видимому, в этот период могла возрасти функциональная (шунтирующая часть крови) активность артерий экстракраниального сосудистого бассейна с увеличением транспорта крови по этой части сосудистого русла головы.

вены головного мозга

У второго члена экипажа па 109-е и 188-с сутки полета MOCK увеличивалась — так же как и по ОСЛ, причем па 188-с сутки соотношение «приток—отток» было практически сбалансированным. Картина изменений на 108-е сутки была обратной той, которая определялась у первого члена экипажа на 188-е сутки (отток больше притока). Не исключено, что характер изменений состояний артерий экстракраниалыюго сосудистого бассейна у второго космонавта был противоположным тому, который имел место у первого из них. Кроме того, «недостающая часть» (в наших расчетах) притока крови могла компепсироиаться возрастанием скорости кровотока по позвоночным артериям, которые наряду с внутренними сонными артериями обеспечивают транспорт крови в область виллизиева круга и снабжение кровью головного мозга.

Значительное увеличение MOCK у третьего члена экипажа по правой ВЯВ на 106-е и 207-е сутки на фоне практически неизменного притока крови, скорее всего, являются преимущественно результатом некоторой функциональной недостаточности левой v. jugularis interna, скорость кровотока по которой заметно снижалась. Если сделанное допущение о равенстве в исходном состоянии у него диаметров правой и левой ВЯВ верно (значения диаметра левой ВЯВ получены не были), то в целом отток крови по системе внутренних яремных вен в полете у пего, по-видимому, увеличился на 40—80%. Единственной возможной причиной такой динамики MOCK, по нашему мнению, может быть перераспределение крови, притекающей по общим сонным артериям в систему внутренних сонных артерий. Если это предположение справедливо, то, следовательно, признаки возрастания притока крови к головному мозгу ко 2-й половине полета имели место у всех троих космонавтов.

В целом, хотя направленность изменений объемной скорости кровотока по ОСА и ВЯВ совпадает, точные количествепные расчеты соотношения «приток по ОСА — отток по ВЯВ» пока представляются прежде временными. Для их проведения необходимы данные о состоянии гемоциркуляции в сосудах виллизиева круга, внутренних сонных артериях, Beirax-эммисариях и т. д. которыми мы не располагаем.

В периоде реадаптации после 237-суточного полета баланс «приток по ОСА — отток по ВЯВ» хорошо соблюдался лишь у третьего члена экипажа (синхронное снижение обоих показателей па 34—37%). У двух других космопавтов он был существенно изменен: на фоне уменьшения притока по ОСА на 11—33 и 13—20% объемная скорость кровотока по ВЯВ снижалась на 75—79%. Следовательно, часть притекающей по общим сонным артериям крови возвращалась в кровеносное русло, минуя внутренние яремные вены. Наиболее вероятной причиной этого кажущегося дисбаланса, по-видимому, является повышениая в этот период функциональная активность позвоночных венозных анастомозов, так как они в отличие от яремных вен практически не подвержены действию атмосферного давления, вызывающего спадение стенок вен при низком венозном давлении. В пользу этого предположения говорят следующие данные о высокой функциональной активности позвоночных вен, а также переднего и заднего венозных сплетений:

1) вся венозная кровь, оттекающая от головного мозга, может поместиться в позвоночных анастомозах даже в случае полной непроходимости верхней части верхней полой вены, у больных прогноз лечения бывает благоприятным (Фолков, Нил),
2) при одновременном пережатии у людей обеих яремных вен в течение 40—60с увеличения кровенаполнения головного мозга либо вообще не отмечается, либо оно бывает кратковременным (не более 20 с) и быстро исчезающим (Майорова);
3) при «выключении» у животных с обеих сторон яремных вен и инфузии жидкости в поперечный синус повысить давление во всей венозной системе мозга весьма трудно (Мчедлишвили Г. И.).

- Вернуться в оглавление раздела "Патофизиология"

Оглавление темы "Артерии и вены в условиях невесомости":
  1. Состояние яремных вен в периоде реадаптации космонавта. Форма вен в условиях гипокинезии
  2. Венозная система головного мозга. Морфология вен шеи и головы
  3. Просветы яремных вен в период реадаптации при гипокинезии
  4. Кровенополнение яремных вен при реадаптации после полета в космос
  5. Скорость кровотока по яремным венам после полета в космосе - гипокинезии
  6. Позвоночные артерии в условиях гипокинезии при полете в космос
  7. Надблоковые артерии при полете в космос - гипокинезии
  8. Отдаленная реадаптация после гипокинезии надблоковых артерий
  9. Бедренные и заднебольшеберцовые артерии при гипокинезии полета в космос
  10. Бедренные вены в условиях невесомости и гипокинезии

Ждем ваших вопросов и рекомендаций: